Кем были дореволюционные криминальные авторитеты 

0740f660

Те, кто интересовался преступной культурой РФ, знал об особой окраски старых уголовников, именуемых «Иванами» — касте грабителей в законе. «Иваны» являлись вершителями судеб противозаконного мира. Их побаивалось даже тюремное руководство.

Упоминания тюремной касты «Иванов» встречается у многих уголовных специалистов и бытописателей. Впрочем, оценка их деятельности значительно разнится.

Русский корреспондент и публицист начала ХХ века Влас Дорошевич в книге набросков о каторге «Сахалин» сообщает:
«»Иваны» представляли из себя что-то вроде «средневекового ордена». «Евгений» был «человеком слова». Сказал — означает, будет. Заявил уничтожит, — убьет… эти действительно на все способные люди были грозой для каторги. Это были ее деспоты, деспоты, налетчики.

«Евгений» напрямую, открыто, на глазах у всех, принимал у каторжных заключительные, тягостным работой нажитые крохи, тут же, на глазах владельца, пропивал, проигрывал, мотал их — и не терпел возражений».

Другой специалист, создатель книжки «Криминальная культура: спецкурс» Олег Старков представляет эту воровскую касту не менее великодушной:

«»Иваны» добыли престиж тем, что заступались за всех помещенных, защищали справедливость на каторге перед начальством».

В одном творцы сходятся сплоченно — «Иваны» были «решалами» противозаконного мира, от которых зависела жизнь прочих узников, придерживались особенной организацией и были законодателями каторги.

«Иваны» всегда происходили из когорты «бродяг». «Бродяги» регулярно обменивали местообитание, бумаги, а при задержании всегда указывались Иванами Ивановыми. Это помогало утаить возврат и остаться незнакомыми. Отсюда и название. Определенные полагают, что отсюда же пошло выражение «Иван, не помнящий родства».

В тюрьмах обездоленные и «Иваны» приобретали звания «законников», так как были известны не только с законами Отечественной Империи и преступного мира, но и со способами ухода от них. Этому они обучали начинающих, втолковывая им местные порядки.

В ряде источников встречается соображение, что именно отсюда пошла традиция вовлечения в криминальную жизнь молодого поколения через свою романтику. Рекомендуем сайт https://belnaviny.by/kriminal если Вы всегда хотите быть в курсе криминальных событий и новостей вокруг и в мире.

И «бродяги», и «Иваны» несли обязанность за происходящее в камере перед тюремным руководством, так как иные узники их слушались. Они умели проворно создать тень партнерства и послушания, при этом оставаясь правильными неофициальным законам тюремного мира.

Коррумпированных наблюдателей пытались подкупить, чтобы те помогли раздобыть табак и другие хорошие арестованному сердцу мелочи. Как писал отечественный адвокат и криминолог Евгений Фойницкий: «Для арестанта есть два начальства…: руководство тюремное и начальство артельное — организация. Покоряясь 1-му внешним стилем, он должен совершенно принадлежать второму».

«Бродяги» и «Иваны» пытались занять наиболее зерновые места в камере для себя и своих сотоварищей. Их аморальность содержалась в том, что, находясь в этапной тюрьме, «бродяга» мог насильно овладеть супругой иного узника, по доброй воле идущей вослед за мужем на каторгу. Если муж пытался этому препятствовать, то заключенные из ближайшего круга били его.

Представления о правде у «бродяг» и «Иванов» были аналогичные их положению: они были извращены собственной подлинной властью, не видели ничего отвратительного в совершенных грехах, а добром полагали собственную выгоду для себя и остальных представителей собственной когорты.

Так продолжалось до конца XIX века. Тогда все чаще и чаще происходят случаи избиения скрытых тюремных старост узниками не менее невысоких каст, вялых от бесправия. Равномерно давление на «бродяг» зафиксировалось и на государственном уровне. Правительство, до того пренебрегающее неприятность, стало акцентировать их как особо небезопасных и ужесточать политику по отношению к ним.

После революции 1917 года в стране начал увеличиваться уровень преступности. Кражи и спекуляции прекратили быть уделом только опытных злодеев. Теперь им на смену пришли не менее юные и отчаянные злоумышленники, для которых имеющиеся тюремные законы не имели такого веса, как для старых «бродяг».

Оставить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *